4

Ронсеваль! Долина славы!
Лишь твое услышу имя,
В сердце вновь, благоухая,
Голубой цветок трепещет.

Предо мной встает, сия,
Мир сказаний отзвеневших,
Смотрят призраки в глаза мне,
Сердцу сладостно и жутко.

Что за гром и звон! То франки
Бьются с полчищем неверных.
Будто кровью истекая,
Трубит скорбно рог Роланда.

Там, в ущельи Ронсевальском,
У зазубрины Роланда,
Получившей это имя
Оттого, что в гневе яром

Рыцарь, добрым Дюрандалем
Прорубая франкам путь,
Так ударил по утесу,
Что в граните шрам остался, -

Там, в расселине глубокой,
Меж кустов и диких елей,
В вековой угрюмой чаще
Скрыл берлогу Атта Троль.

Там, в родном семейном лоне,
Он обрел желанный отдых
От своих трудов, спектаклей,
Путешествий и побега.

Что за счастье! Всех детей
Он нашел в родной берлоге,
Где воспитывал их с Муммой: -
Четырех сынов, двух дочек.

Косолапые красотки
Белокуры и дородны,
Словно пасторские дочки;
Три юнца - шатены. Младший -

Одноухий и брюнет.
Это Мумма у любимца
Из любви отгрызла ухо,
Из любви и сожрала.

Мальчик просто гениален!
Он в гимнастике - маэстро.
Стойку делает не хуже,
Чем великий клоун Масман.

Цвет отечественной школы,
Лишь родной язык он любит,
Не обучен он жаргону
Древних греков или римлян.

Свеж и бодр, и быстр, и кроток,
Ненавидит мыться мылом,
Презирает эту роскошь,
Как великий клоун Масман.

В чем он гений высшей марки -
Это в лазаньи по соснам,
Что растут из темной бездны
Вдоль гранитных ребер скал,

Достигая той вершины,
Где обычно все семейство,
Вкруг отца усевшись дружно,
Коротает ночь в беседах.

А старик не прочь о людях
Поболтать в ночной прохладе,
Вспомнить земли и народы,
Все, что видел, претерпел он.

С благородным Лаэртидом
Лишь в одном старик не сходен:
В том, что странствовал с супругой,
С этой черной Пенелопой.

Повествует Атта Троль,
Как завоевал он славу,
Как своим искусством танца
Приводил людей в восторг.

Он клянется, что на рынках
Стар и млад им восхищались,
Глядя, как он ловко скачет
В такт волынке сладкозвучной.

И в особенности дамы,
Эти жрицы Терпсихоры,
Бешено рукоплескали,
И сулил их взор награду.

О, тщеславие артиста!
Старый танц-медведь с улыбкой
Вспоминал, как восторгалась
Публика его талантом.

Восхищенный сам собою,
Доказать желая детям,
Что великий он танцор,
А не жалкий хвастунишка,

Вдруг он вскакивает бодро
И на задних лапах пляшет -
Пляшет свой коронный номер,
Свой прославленный гавот.

Молча смотрят медвежата,
Рты раскрыв от изумленья,
Как отец их странно скачет,
Освещенный лунным светом.